БЛОГОСФЕРА

“Ты чего эту тряпку на себя нацепил, думаешь, поможет?"

Сколько их, наших, сидит сегодня по тюрьмам? Более 1000 добровольцев и около 8 тысяч военнослужащих? “Торнадовцы” бьются за то, чтобы их судебные заседания сделали открытыми, но им этого не видать, потому что Матиос, Евдокимов, Науменко, Пашинский и Аваков боятся того, что они могут рассказать всему народу. Читайте дальше сами, в каких условиях выживает “Жак”, доброволец, спасший из Иловайского котла 400 наших защитников. Читайте и думайте! Читайте и чувствуйте! Пост Ани был написан год назад… Это для нас время летит быстро, а для них день за год.
Anna Velichko
July 3, 2017 · Lviv, Ukraine

Как в людоедских фильмах – полуподвальная тюремная камера, где капает с потолка, где носятся огромные тараканы и круглые сутки кусаются клопы, где ночью из нор и канализационной трубы вылезают крысы, мыши и бессчетное количество каких-то черных мух, где пол не только не мылся – не подметался годами, где нечего постелить на грязные нары с вонючим матрасом, где холодно и промозгло даже в июньскую жару, где стоит невыносимый смрад от забившейся параши.

Это не подвалы ДНР. Не про плен это все. Про наше СИЗО, в Бахмуте.

В камере – украинские бойцы. Их – по новому закону – не держат теперь вместе с уголовниками – но у уголовников камеры наверху, и условия там даже и лучше.

И не в условиях, конечно, дело.

В Бахмутском СИЗО сейчас – Жак, Виктор Каминский, герой Илловайска, в те страшные дни выведший из окружения больше 400 человек. Мои друзья знают его не только по моим публикациям 14-15-го годов – тогда, после “котла”, сюжеты о нем прокатились по множеству каналов. Тот самый Жак, который переодевался врачом и на “скорой”, под видом раненых вывозил людей из плена, помог выйти из смыкающейся ловушки многим добровольцам и военным ВСУ. Несчетное количество таких рейдов сделал. Сумасшедший доброволец, всегда бегущий в самое горячее место – спасать – страну, друзей, попавших в беду незнакомцев, снова страну. Капитан Жак, ну, вы же помните, не можете не помнить.

После было многое – уход из “Донбасса”, Широкино, своя рота, потом – морская пехота…

В этом апреле Витю вызвали на допрос в Рубежное – по делу о “похищении и незаконном удержании человека в течение нескольких часов”… Речь шла о 14-м годе, об освобождении Лисичанска второй ротой “Донбасса”, которой Жак командовал, и если бы в те дни наши бойцы не задерживали сепаратистов и им сочувствующих – как бы они освободили город? Ан вот один из тех “задержанных”, отпущенный через несколько часов целым и невредимым, родственник которого работает как раз в местной прокуратуре, решил через два года подать в суд. Витя посмеялся и поехал на допрос с легкой душой, ему и в голову не пришло скрываться – нелепое обвинение, никакой неправоты он за собой не чувствовал и твердо был уверен, что эта нелепость очевидна всем, и правоохранительным органам в том числе – это же, в конце концов, правоохранительные органы Украины, которую он защищал!

Дальше снежным комом покатился бред. Сразу после допроса – задержание на якобы “даче взятки прокурору” (сумка с десяткой гривнами, которую после ухода Жака нашли в коридоре!!!), выход под залог, собранный лисичанцами (они-то хорошо помнят, благодаря кому их город сейчас не под ЛНР) – и немедленное, сразу по выходу, задержание за “незаконное хранение оружия”. Потому что за пару часов до того, как Жака выпустили, в его квартире в Бердянске прошел обыск – приехали Мариупольские опера, привезли своих (!!!) понятых – не позволив жене позвать на эту роль соседей – и, пока одни из них подробно опрашивали ее о содержании изъятых из шкафа документов и составляли их опись, другой достал откуда-то и показал ей три гранаты без запалов: они, мол, в личных вещах ваших лежали…

И на другой же день в Мариуполе – сразу уже и суд. И только на суде Витя слышит обвинение. Не в “незаконном удержании” и не в “хранении оружия”, а – ни много ни мало – в “организации заказного убийства”… Некого товарища из Мангуша, с которым он вообще не был знаком .

Убили этого товарища – в ноябре 14-го. Жак в это время был в Одессе, занимался операцией жены? Так неважно же. Значит – руководил двумя своими бойцами по телефону. Появились некие свидетели, в основном родственники и знакомые убитого, которые из окон видели именно тех самых Жаковых бойцов в тот самый день в той самой машине, в которую сел убитый (через три года почти вспомнили и машину, и людей, из окна замеченных). Один из бойцов в таком же шоке, как и сам Жак – для него это новость. А второй — выгнанный когда-то Витей из роты за непрекращающуюся пьянку – якобы пришел сам с повинной и начал “петь” – да, мол, это мы его убили, в лес вывезли и закопали, и за это по 1500 гривен (потрясающая сумма за заказное убийство!!!) получили. И ведь правильным литературным языком, судя по протоколам допросов, поет. Не характерным для него, мягко говоря.

Прошла уже череда судов по “изменению меры пресечения” – Жака каждый раз оставляют под стражей, несмотря даже не личное поручительства народных депутатов. Как же, он опасен, ему нельзя под домашний арест – на нем ведь столько всего еще до кучи, и “похищение и незаконное удержание”, «дача взятки» и “хранение оружия” (на чем основаны все эти истории – мы знаем!)!

Журналисты пытаются проводить свое расследование, успешно проводят, но, увы, после каждой публикации, в которой видны торчащие белые нитки этого дела (твердое алиби второго якобы участвовавшего в деле бойца, нестыковки с автомобилем и множество других подробностей) “свидетели” меняют показания – меняют так, что все вдруг начинает стыковаться. Болезнь и операция Витиной жены в те дни используется обвинением тоже в качестве “доказательства” – видите, мол, у него были проблемы, ему были нужны деньги, вот и взялся за заказное убийство!!!! Ну заодно и алиби себе создал — на операцию жену в Одессу повез. Все сходится.

На ровном месте. На ровном.

Весь этот кошмар, и теперь вот – перевод из Мариупольского в Бахмутское СИЗО, где клопы кусают и с потолка капает, и Витя еле выбил простыню, чтобы постелить на грязные нары. И конвоиры, глядя на Витину вышиванку, говорят – “ты чего эту тряпку на себя нацепил, думаешь, поможет?”

Мы все ведь знаем, кто те люди, которые тут, на Востоке, говорят такое про “тряпку”. Чего они хотят, кого они ждут.

И наш (наш, украинский!) воин, герой – в их руках.

И что тем людям, для которых вышиванка – “тряпка”, он наступал на хвост неоднократно – это даже не обсуждается, да только и делал, что наступал.

А вот то, что у этих самых людей тут, на Востоке, на тех территориях, которые не оккупированы, есть возможность пользоваться украинским правосудием в своих целях – это какое-то жуткое, нелепое несоответствие здравому смыслу.

Думаете, за прошедшую неделю в Бахмуте провели хоть один следственный эксперимент? Привезли и забыли.

Только давайте не будем про глобальную “зраду”. С каждым случаем надо разбираться отдельно, и участие в войне (или АТО, как бы ее ни называли) — это ни разу не индульгенция, естественно, в делах криминальных.

Просто, выходит, всем как-то не до того, чтобы с каждым отдельным случаем разбираться. Руки не доходят, до восточных областей – особенно. А пока не доходят руки, человек – практически в плену. У тех, кто вроде бы называется “своими”. Но на самом деле вы ведь все понимаете.

Нужно – ОЧЕНЬ НУЖНО – внимание сверху. Чтобы кто-то захотел разобраться и взял дело Виктора Каминского под личный контроль.

———————
P.S. Пока я писала этот текст, жене Жака через адвоката, Красный Крест и Комитет по защите прав человека удалось добиться перевода военных в другую камеру. Но сути дела это не отменяет, к сожалению.

Анна Величко

Теги
Show More

Статьи по Теме

Close