УКРАИНА

Ми их душили-душили: Как власть борется з антикорупционерами

31 марта на сайте НАЗК истек срок подачи годовых е-деклараций за 2017 год. Впервые вместе с госслужащими и народными депутатами свое состояние показали и общественные активисты.

Хотелось как лучше – получилось как всегда. Именно так можно охарактеризовать историю с введением электронного декларирования для активистов.

Начиналось все так. 23 марта 2017 Верховная Рада отменила подачу электронных деклараций для военнослужащих. В то же время депутаты протянули другие изменения в закон “О противодействии коррупции” .

В частности, обязали показывать состояние членов антикоррупционных общественных организаций и иностранцев-членов наблюдательных советов украинских государственных компаний.

Казалось бы, что в этом плохого? Ведь тот, кто требует прозрачности от власти, должен и сам показать, что получает доход законно.

Возможно, за границей такая декларационная договоренность между властью и гражданским обществом работала бы эффективно и слаженно. Хотя ни в одной стране мира общественный сектор не декларируется в одной системе с чиновниками.

Но в Украине, где чиновники не просто не хотят бороться с коррупцией, а еще и обижаются и запоминают тех, кто публично рассказывает об их схемах и махинациях, электронное декларирование для активистов может стать инструментом давления и манипуляций.

Ведь не прошло и суток, как приближенные к Банковой политтехнологи начали кампанию по дискредитации общественных активистов.

 

Николай Давидюк, политолог

Николай Давидюк, политолог: “Власть не первый раз объединилась в этом созыве против чего-то. Они не были так едины против России, как против антикоррупционеров”.

Мы проанализировали, зачем власть действительно внедрила е-декларирования для организаций и разобрали первые атаки на антикоррупционеров.

А перед этим выясним – что же такое антикоррупционные общественные организации и их активисты?

Что такое “общественная организация”?

Закон Украины “Об общественных объединениях” определяет:

Общественное объединениеэто добровольное объединение физических лиц и/или юридических лиц частного права для осуществления и защиты прав и свобод, удовлетворения общественных, в частности экономических, социальных, культурных, экологических и других интересов.

Общественная организацияэто общественное объединение, учредителями и членами (участниками) которого являются физические лица.

Ключевая характеристика общественных организаций заключается в том, что государство никак не вмешивается в их деятельность. Однако, если общественные организации имеют статус юридического лица, они могут финансироваться из государственного или местных бюджетов. При этом им надо обязательно отчитываться о целевом использовании государственных денег.

Совсем другая история с антикоррупционными общественными организациями, деньги которых государство начало считать именно через электронное декларирование.

Подавляющее число антикоррупционных общественных организаций существует на деньги международных доноров. Ни одной гривны из государственного бюджета Украины на них не расходуется.

 

Александр Павличенко, исполнительный директор Украинского Хельсинского союза

Александр Павличенко, исполнительный директор Украинского Хельсинского союза: “Чиновник, который идет на государственную должность, обязуется выполнять определенные функции. Они предоставляют ему определенные полномочия, но и накладывают определенные обязанности. Любое распоряжение государственными средствами предусматривает полное отчетности и полную открытость.

С антикоррупционными активистами мы имеем другую ситуацию. Им государство не платит ни копейки. Наоборотих деятельность как раз направлена на то, чтобы отслеживать, насколько эффективно государство справляется или не справляется с этим контролем”.

Антикоррупционные общественные организации финансируются специальными программами от стран Евросоюза и Америки или частными фондами по поддержке и развитию демократии. Эти программы называются “грантами” и выделяются под конкретные проекты и цели общественной организации.

Антикоррупционеры тоже открыто отчитываются за целевое использование денег, но в первую очередь перед донорами, в которых эти деньги взяли, и перед людьми, которые следят за деятельностью общественной организации.

Именно от слова “грант” политтехнологи разработали популярное выражение “грантоеды”, который приклеивают к общественным активистам в социальных сетях и СМИ.

Парадоксально, но несмотря на то, что ярлык “грантоедов” системно цепляют именно общественным активистам, на самом деле самым большим “грантоедом” в Украине является власть.

Согласно исследованиям “Экономической правды”, больше всех донорской помощи от международных партнеров получают государственные органы.

Из общей суммы зарегистрированных проектов в 3,6 миллиарда долларов на проекты в государственном секторе предусмотрено около 3,1 миллиарда или 87% от общей суммы помощи (данные за 2016-2017 годы).

А вот общественным организациям за последние два года выделено около 214 миллионов долларов, то есть 6% от общей суммы донорской помощи. И из этих денег активисты общественных организаций платят налоги в государственный бюджет.

В то же время донорские деньги, которые получает власть на государственные проекты, в Украине никак публично не контролируются. В связи с этим, наши чиновники неоднократно попадали в громкие международные скандалы.

В свое время представительство ЕС выделил 720 тысяч евро на проект “Жилье для переселенцев” по инициативе мэрии города Славянск. Деньги должны были потратить на строительство общежитий для переселенцев. Но деньги так и остались на счетах мэрии, а строительство “заморозилось”.

Ничего лучшего большой специалист господин Зонтов (Олег зонтов, в 2014-2015 годах секретарь Славянского горсовета – УП) не придумал, как продать евро и оставить у себя на счету гривны, которые за неделю потеряли свою ценность“, – заявил народный депутат Олег Недава.

Сам же Зонтов обвинения отверг, мол, тогда закон обязывал его хранить деньги в национальной валюте, и обвинил в ситуации нынешние власти Славянска.

Вспомним и то, что в феврале 2018 ЕС закрыл проекты модернизации пограничных контрольно-пропускных пунктов с Украиной. Ведь на конец 2017 ни один из этих шести проектов не был завершен, хотя ЕС предоставлял финансирование на сумму 29,2 миллионов евро.

Однако сейчас “под прицелом” общественного внимания оказываются не чиновники, которые осваивают гранты или декларируют церкви, произведения искусства и миллионные сбережения, а именно общественные организации, которые затрагивают тему коррупции во власти. И вот почему.

Месть за активность

Наиболее активными антикоррупционные общественные организации стали после Революции Достоинства в 2014 году. Тогда стало понятно, что чиновники быстро оправились, сориентировались в новых условиях и продолжили использовать старые коррупционные схемы.

Украинский правовед Николай Хавронюк считает, что внедрение электронного декларирования для антикоррупционных активистов может быть своеобразной местью власти. Ведь именно общественные организации больше всех настаивали на необходимости электронного декларирования для чиновников.

Которое, между прочим, впервые за 26 лет независимости может создать реальные проблемы для декларанта с сомнительными заработками – от штрафа до тюрьмы.

 

Николай Хавронюк, украинский правовед

Николай Хавронюк: “Была цель запугать антикоррупционных активистов, чтобы они не были такими активными. Ведь электронное декларирование существует параллельно с контролем, мониторингом и с административной и уголовной ответственностью.

Но мы знаем, что ответственность у нас применяется выборочно. И теперь любой может подать заявление о совершении каким либо общественным активистом преступления, предусмотренного статьей 366-1.

Пусть его потом вызывают, проверяют, ведут расследование, чтобы создать ему неприятности и отвлечь от антикоррупционной деятельности. Это борьба в стиле “казаки-разбойники”.

Политолог Николай Давидюк уверен, что е-декларирование для антикоррупционных активистов – не что иное, как продуманная политтехнология. По мнению специалиста, она сработала сразу же после представления активистами деклараций.

Власть ударила по антикоррупционерам, введя негативный тренд и ряд клише. Мол, все антикоррупционеры такие плохие, такие же, как и власть. Все антикоррупционеры воры, потому что они покупали квартиру за 5000 и дома по тысяче квадратов.

Медиапространство работает в этом случае в пользу власти. Сегодня мы не обсуждаем, кто из депутатов сколько нажил за год, хотя там миллионные суммы, там десятки миллионов. Мы сегодня говорим об активистах, то есть фокус изменен” .

Охота на состояние антикоррупционеров началась сразу же, как те подали первые декларации. С постов Facebook-блоггеров новости о незадекларированном имуществе и высоких зарплатах активистов кочевали в некоторых СМИ и наоборот.

За комментарием к фигурантам сообщений никто не обращался. Несмотря на свою откровенную манипулятивность, эти новости вызвали резонанс и возмущение в обществе.

Спецпроект “Выборы выборы” собрал несколько историй антикоррупционеров и попросил их объяснить претензии со стороны журналистов и блогеров.

 

Дарья Каленюк, основатель центра противодействия коррупции

Одной из первых за декларацию досталось основателю Центра противодействия коррупции Дарье Каленюк. Сообщение о ее якобы многочисленной незадекларированной недвижимости появилось на странице блогера Андрея Дзиндзя еще 30 марта:

Как и прогнозировалось, те, которые декларируют максимальную открытость и борьбу с коррупцией, когда дело касается их самих, начинают мухлевать со своими доходами!“.

Автор рассказал, что активистка якобы переписала на мужа и его мать-пенсионерку квартиру в Киеве, а также не задекларировала недвижимость в Житомирской и Ивано-Франковской областях. Как положено, к посту прикрепил выдержки из государственного реестра.

Манипуляцией по ее имуществу Дарья не удивлена, ведь убеждена, что именно это и было главной целью е-декларирования для активистов. “Я живу в однокомнатной квартире на Дарнице с мужем и с двумя детьми,” – рассказывает активистка о квартире, которой владеет вместе с мужем.

Квартира, зарегистрированная на мужа и его мать, была приобретена на сбережения свекрови. ” Муж также задекларировал половину однокомнатной квартиры в Киеве, которую приобрела его мама еще в позапрошлом году. Это была инвестиция в новостройку. Фактически, квартира, приобретенная мамой мужа, зарегистрированная на обоих“.

Каленюк объясняет: якобы не задекларированная ней недвижимость самом деле к ней и не относится: “У мужа есть третья часть квартиры в Ивано-Франковске, которую приватизировала его семья еще в 1994 году. У моей мамы, например, есть дом и земельный участок в селе.

Мама недавно приобрела этот дом, хотя на самом деле она в нем родилась, и с 50-60-х годов он был переписан на других родственников, которые умерли. Она, фактически, за те средства, которые всю жизнь вкладывала, приобрела его, чтобы там на пенсии жить, чтобы было куда внукам приезжать“.

Исполнительная директор ЦПК убеждена: блоггер просто взял выдержки из реестров на имена ее родственников, чтобы манипулировать в сети этими документами. В результате новость набрала более четырехсот репостов и огромное количество негативник комментариев.

 

Ирина Федорив, редактор Общественного движения ЧЕСТНО

Настоящей сенсацией для социальных сетей стала электронная декларация редактора Общественного движения ЧЕСТНО Ирины Федорив. В Facebook и интернет-сайтах массово распространялась информация, что 31 декабря 2017 Ирина купила квартиру под Киевом всего за 59 долларов за метр квадратный.

Больше всех декларация Федорив поразила депутатов от “Радикальной партии” Андрея Лозового и Игоря Мосийчука. Они обвинили ее в занижении стоимости квартиры и даже в неуплате налогов.

“Вот почему грантоеды писали кипяточком за отмену электронных декляраций для себябоялись, что люди будут знать правду”, – написал в своем Facebook нардеп Андрей Лозовой.

Сама же Ирина Федорив была шокирована тем, как ей повезло с покупкой недвижимости и еще и в Новогоднюю ночь. Объясняет: на самом деле эту квартиру в поселке Коцюбинское под Киевом приобрела 12 лет назад. К тому же, была ее инвестором, поэтому и купила дешевле, чем “готовую” – за площадь в 78,4 квадратов отдала 45 000 долларов.

Ложные данные в ее декларации возникли из-за сбоя системы: “Банальная системная ошибка сайта НАЗК – и #зрада понеслась соцсетями. Политики и их СМИ не будут придерживаться каких-то стандартов или методологии. У них главная задача – сделать так, чтобы дискредитировать антикоррупционеров в глазах общества“, – говорит Федоров.

Представительница движения ЧЕСТНО убеждена, что сенсацию о ней “раздули” из активной борьбы с дерибаном земель и леса на Приирпеньи:

“Если по ту сторону леса, где я живу, я воюю с дважды подозреваемым мэром Ирпеня Карплюком, то по другую сторону леса поддерживаю мою коллегу Виту Думанскую, которая воюет за лес и за озеро, на которое положили глаз радикалы с их ОО “Беличанский рыбалка”.

Поэтому совершенно закономерно, что меня с любовью поливали сразу с двух партийных минометов – “Новых лиц” и Радикальной партии”.

Теперь Федорив имеет семь дней, чтобы исправить ошибку в декларации: “Я обязательно это сделаю. Надеюсь, что система НАЗК не даст сбой этот раз” .

 

Романа Маселко, председател Совета общественного контроля НАБУ и активист “Автомайдана”

“Придрались” и к недвижимости председателя Совета общественного контроля НАБУ и активиста “Автомайдана” Романа Маселко .

Журналисты информационного агентства “Украинские новости” приписали ему пару лишних арендованных квартир. В одной из таких якобы сам живет трехмесячный сын антикоррупционера.

Меня это очень рассмешило. На самом деле у меня третья часть приватизированной квартиры еще в 1996 году в Львовской области, у моей жены есть четвертая часть приватизированной квартиры в Харькове, а вместе мы живем здесь, в Киеве, и арендуем небольшую квартиру вместе с моей женой и трехмесячным сыном, – говорит Маселко. – А в сообщении получалось, что мой сын еще отдельно арендует квартиру самостоятельно. Очень горд, что сын в трехмесячном возрасте уже может себе позволить самостоятельно арендовать квартиру и жить отдельно“.

При этом активист убежден, что эта манипуляция сделана намеренно: “Она настолько абсурдна … Не верю, что человек, который это делал, настолько тупой, что не может понять, о чем идет речь. Поэтому, допускаю, что все-таки был злой умысел“.

 

Ярослав Юрчишин, исполнительный директор Transparency International Ukraine

Если же к недвижимости не подкопаться, то акцент делается на зарплате активистов. Например, Ярослав Юрчишин, исполнительный директор Transparency International Ukraine фигурирует в медиа как декларант-миллионер: “Говорят о каких-то 1,5 миллиона гривен моих доходов. Даже принимая во внимание мои доходы и жены, которая не имеет никакого отношения к борьбе с коррупцией, там трудно найти 1,5 миллиона. Просто берется общая цифра и округляется в большую сторону. При этом никто не высчитывает налогов, уплаченных как по заработной плате, так и по деятельности предпринимателя.

 

Доходит до смешного, когда жена генерального прокурора Ирина Луценко, который , по его декларации , имеет 1 миллион 300 тыс гривен дохода, рассказывает, что антикоррупционные организации и активисты зарабатывают больше чем президент, премьер и генпрокурор”.

В то же время повышенное внимание к декларациям активистов не стало для Юрчишина сюрпризом.

Было ожидаемо, что будут запускаться мемы в формате “активисты не помогают армии”,”смотрите, сколько они зарабатывают больше, чем президент”. Это смещение акцентов и попытки возбудить ненависть людей к общественным активистам”, – считает он.

Быть или не быть е-декларированию активистов?

Стоит заметить, что за несколько дней до окончания срока декларирования власть таки заговорила об отмене этой нормы для активистов. Этому предшествовала реакция иностранного сообщества .

Реагируя на аргументы международных партнеров, президент Петр Порошенко попросил парламент отменить е-декларирования для антикоррупционеров. Голосование должно было состояться 3 апреля, но народные избранники отказались даже ставить отмену этой нормы на повестку дня.

Даже если нардепы таки соберутся и проголосуют за отмену декларирования, антикоррупционные активисты, которые успели показать свои доходы, останутся под прицелом.

Ведь информация на сайте НАЗК должна сохраняться в течение 5 лет с момента опубликования. Кроме государственного реестра, эти данные подтягиваются на сайты, которые создали сами активисты, чтобы мониторить состояние чиновников.

Для мира вся эта ситуация, очевидно, служит тревожным показателем.

Еврокомиссар по вопросам расширения европейской политики и соседства Иоганнес Хан отметил , что декларирование для активистов противоречит европейскому вектору Украины. Соединенные Штаты Америки также призвали отменить закон, который создает давление на гражданское общество.

Но несмотря ни на что, власть будет продолжать разгонять недоверие людей к общественным активистам, считает политолог Николай Давидюк:

В этом случае медиапространство работает в пользу власти. Они выписали все, чем хотят ударить по антикоррупционерам. У кого то квартира может быть не больше собачью будку, как говорил Порошенко. Если перевести ее в реальные цены даже сегодня, она не будет конкурировать ни с одним жильем депутата. Но их медиаохват значительно больше, чем у активистов. Они владеют каналами и запускают то, что хотят“.

Активисты же называют эту ситуацию ничем иным, как войной мировоззрений. Пока депутаты будут соревноваться в популизме, общественный сектор и в дальнейшем будет жить и работать прозрачно. Тем более, что настоящих сенсаций и роскоши в декларациях антикоррупционеров так и не нашли.

Источник: Вибори вибори

Теги
Show More

Статьи по Теме

Close