МНЕНИЯ

Сергей Шефир: Вова — это же вообще такая ракета, которую нужно держать, иначе улетит в космос

Сергей Шефир вместе с Зеленским построил «Квартал 95» и выиграл выборы. Он рассказал нам о кандидатах на главу АП, роли олигархов в кампании и помощи «1+1».

Сергею Шефиру 54. Он земляк, бизнес-партнер и лучший друг Владимира Зеленского. Осенью 1995 года Сергей и его старший брат Борис уже были успешными авторами и делали в Кривом Роге фестиваль КВН. Там они заметили молодого Зеленского и позвали его в команду «Запорожье — Кривой Рог — Транзит». С тех пор Шефиры и Зеленский не расставались: жили и работали в одной квартире в Москве, вместе шли к победе «Транзита» в высшей Лиге КВН, вместе придумали и основали «Студию «Квартал 95», вместе вернулись в Киев и как партнеры построили многомиллионный бизнес. В Киеве братья Шефир и Зеленский вплоть до нашего интервью работали тоже вместе — за соседними столами. В их общем кабинете на верхнем этаже жилой высотки принимались самые важные решения предвыборной кампании, а Сергея Шефира за глаза называли будущим главой Администрации президента (АП). О предвыборной кампании он знает почти все. Больше — только сам Зеленский.

О кандидатах на должность главы АП

В каком статусе мы с вами сейчас разговариваем: вы — человек, которому доверяет Владимир, бизнес-партнер, будущий глава Администрации президента?

Я безразличен к должностям и портфелям, но я не безразличен к Зеленскому. Как я вижу свою задачу? Хочу, чтобы он остался человеком, став политиком. Мне кажется, это самое главное. Я буду там, где нужен, и знаю, что он меня не подведет.

Ваш ответ о «безразличен к портфелям» мы бы приняли несколько месяцев назад. Но сейчас Зеленский — избранный президент, а вы — один из кандидатов на пост главы АП. Это должность, где нужно договариваться, лавировать, общаться с олигархами, вы готовы к этому?

Лавировать и договариваться я готов до определенного уровня. Зайти в Администрацию — возможно, но мне кажется, глава Администрации должен быть профессионалом и хорошо подкован юридически. Юридически я не подкован — только на уровне бизнеса. На человеческом уровне договориться конструктивно смогу.

Юридически подкованный профессионал — это вы об Андрее Богдане [юристе «Квартала» и Игоря Коломойского] говорите?

Он очень нам помог. Мое мнение — если его назначат главой АП, то все сразу неоправданно накинутся. Хотя он работал с очень разными людьми: с [бывшим министром обороны Анатолием] Гриценко, [экс-премьер-министром Николаем] Азаровым, [олигархом Игорем] Коломойским, с нами. В своей сфере у нас он был движком, который сильно помогал.

Какими были его функции в кампании?

(Задумывается). У меня все определения с точки зрения юмора, а они могут быть обидными. Точно не суфлер, потому что Вова сам говорит. Может, подсказчик. Он объяснял, что вот это о нас не просто так сказали — скорее всего, преследовали вот такую цель. Это человек, который знает, какие документы куда нужно подать и чего не стоит делать, чтобы не подставиться. Советник? Интерпретатор? Не знаю, я не силен в определениях. Словом, мы вошли [в кампанию] связкой, и он был в этой связке.

Как он в ней оказался?

Хотите вы этого или нет, но мы партнеры с Коломойским в телевизионном бизнесе уже седьмой год. Мы общались с ним, в том числе, и как с юристом Коломойского.

То есть увидели Богдана у Коломойского и решили, что хотите пользоваться его услугами?

Да. Когда мы больше года назад начали задумываться о какой-то политической карьере, к нам много людей приходили, которые после первого или второго сезона «Слуги народа» говорили, что Вова должен пойти [в политику]. И он [Богдан] тоже пришел. Но не просто так, а сразу с социологией и сказал: «Вот смотри, ты уже на шестом месте». С тех пор много раз приходил: «Смотри, ты уже на пятом с половиной». Он — креатив с юридической платформой и отличным чувством юмора. Он сильный, умеет продавливать какие-то вопросы, настоять. Нам это было очень полезно. Я считаю, он сделал здесь большую работу.

Люди, которые умеют обходить систему, — тоже часть старой системы. В публичной плоскости — это минус команде и президенту, которые говорят, что обновят власть.

Поэтому я и сказал, что это назначение будет большим ударом. Владимир еще не окреп, а тут начнут говорить… Тем более тема уже муссировалась.

У вас есть еще один юрист, которому доверяет Владимир, — Иван Баканов [интервью с ним можно почитать здесь]. Он может возглавить АП?

И он может возглавить АП (смеется).

Выходит, все могут возглавить АП. Вы лукавите, и о своей роли в будущем — тоже.

Я не лукавлю, я не хочу лезть в дележ портфелей и комментировать. Мне не позволяет воспитание. Я себя никогда не буду продавливать.

О Портнове, Хорошковском, Пинчуке и Ахметове

Вы вместе с братом Борисом дали на предвыборную кампанию три миллиона гривен. В списке доноров есть люди, которых в разной степени связывают с [бывшим замглавы АП Виктора Януковича] Андреем Портновым.

Я лично с ним не знаком, но знаю, кто это, и это несусветная глупость. Да, мы сказали: ребята, кто хочет помогать — вот фонд, вносите деньги по закону. Просто так не приносите, хотя были люди, которые говорили, что готовы помочь финансово. В фонд мог перечислить деньги любой, но я не знаю, кто туда перечислял, у меня нет списка.

У нас есть информация, что Портнов общался с вашим предвыборным штабом через Богдана.

Он ни разу не был в штабе. Если Богдан с ним общается где-то, допускаю, он может общаться. Но Портнов — точно не наша команда и быть в ней не может.

Почему не может?

Потому что мы хотим привести новых людей. Да, там будут лица, которые где-то мелькали и с кем-то работали. Никуда мы от этого не денемся. Я тоже работал на телеканале «Интер», где были [совладельцы канала Дмитрий] Фирташ и [Валерий] Хорошковский.

Если вы вспомнили о Хорошковском, он давал деньги на политическую кампанию Владимира? Эта информация на уровне частных разговоров пару раз всплывала во время выборов.

Бред! Извините, бред сивой кобылы. Мы с Хорошковским не разговаривали с тех пор.

С каких пор?

С 2012 года, когда ушли с «Интера». Ни разу его не видел.

Но теоретически он мог бы стать вашим спонсором и занять какое-то место в вашей команде?

Мы не любим спонсоров. Мы любим инвесторов, которые вкладывают деньги, а потом получают дивиденды.

Получить дивиденды в политике за деньги — это уже политическая коррупция.

Поэтому я и говорю, что мы такое не любим.

Хорошковский был акционером «Квартала 95»?

Когда мы были на «Интере»? Там была создана какая-то структура. Любой акционер канала, когда к нему приходишь и предлагаешь такой бизнес, предлагает создать что-то совместное. Да, права были общие, и у нас были конфликты, из-за которых мы ушли.

Вам не разрешали о чем-то шутить на канале?

Нет! Никто никогда — ни Коломойский, ни [бывший гендиректор «1+1» Александр] Роднянский, ни Хорошковский — не запрещал. Все пытались, ни у кого не получилось.

Как пытались?

Ну, уберите эту шуточку, она такая…

Ваш известный номер, где Порошенко увольнял Коломойского с должности главы Днепропетровской ОГА, не понравился ни президенту, ни Коломойскому. Первому не понравилась сама подача, второму — как его показали. Вас просили не выпускать эту шутку в эфир?

Мы даже знаем, какая шутка ему [Порошенко] не понравилась — о том, что Киевский торт не получается, потому что яиц нет. Но Игорь Валерьевич не видел этот ролик до эфира. А то, что ему пародия не понравилась, — это нормально. Я тоже всегда говорю, что меня плохо пародируют. Других хорошо, а меня плохо.

Давайте закончим с Хорошковским. Вы не будете с ним сотрудничать?

Думаю, нет.

Владимир встречался с правлением Ялтинской европейской стратегии Виктора Пинчука. По нашей информации, Пинчук рекомендует людей вам в команду. Это так?

Рекомендует на уровне советов? Все рекомендуют. Допускаю, что это могло быть.

Ринат Ахметов с вами пытался встретиться?

Думаю, что с Зеленским не встречался. Могу дать 99,9 процента.

Но его телеканал «Украина» не мешал вам во время кампании.

Не мешал, проявлял лояльность. В каких-то случаях даже звонили ребята и спрашивали: «Как дела, почему не заходите к нам, давайте». Мы же в последний момент к ним зашли [с политической рекламой], потому что у них дороже было. Вы же знаете, бюджет кампании был рекордно маленький. Мы не подсчитывали, но в итоге вошли примерно в миллионов пять долларов.

А вас не удивило, что самый близкий к Порошенко олигарх не мешал его главному конкуренту. С вами таким образом пытались договориться?

Если бы вы об этом не спросили, я бы не задумался (смеется). На самом деле, к нам все основные каналы — ICTV, «Украина», СТБ — были лояльны. «Плюсы» просто поддерживали.

Об «1+1» и реалити-шоу из АП

Вы просили «Плюсы» о такой поддержке?

Что значит просили, на каком уровне?

Пришли к [генпродюсеру канала Александру] Ткаченко и сказали: ребята, мы входим в кампанию, рассчитываем, что вы поможете ее провести. То же новогоднее заявление Зеленского [в полночь 31 декабря на «1+1» вместо обращения Порошенко показали выступление Зеленского. В нем он заявил, что идет в президенты] — не Ткаченко ведь вам предложил его сделать.

Мы договаривались с «Плюсами», но никакой финансовой составляющей в этом не было. Это была обычная договоренность партнеров. Ребята, мы у вас выходим на канале. Мы хотим продолжать это делать, вы нас поддержите? Они сказали: «Да, конечно, мы вас поддержим, нам с вами по пути».

Поддержка касалась новостного блока?

В каком виде? Искажение новостей? Мне кажется, там такие свободолюбивые ведущие и коллектив, что там не пройдет просто сказать им: «Ты можешь сказать не так, а так?» Они не будут ничего искажать.

Какой долг «Плюсов» перед «Кварталом»?

Долг есть, но он постепенно гасится. Все законтрактовано. Если кто-то откажется, пойдем в суды. Нельзя сказать, что с «Плюсами» просто, но то, что со сцены говорит «Квартал», не многие каналы согласны терпеть.

В начале кампании с Коломойским был разговор о сотрудничестве с «Плюсами»?

Что «Плюсы» будут лояльны и не будут нас мочить? Если будет не за что мочить, то они сказали: «Да, все будет нормально». А что они нам давали? Да, они анонсировали «Слугу народа».

После новостей показывали «ЗеПрезидент» — влог, в котором рассказывали о кампании Зеленского.

Это был бизнес. Владимир вообще говорил, что такой формат — предвыборная кампания изнутри — можно успешно потом продавать.

Реалити-шоу из Администрации президента будете делать, трансляцию 24/7?

Это мечта. Вова — это же вообще такая ракета, которую нужно держать, иначе улетит в космос. Он сейчас говорит: «Я хочу, чтобы везде камеры были, чтобы в любой момент все зашли и посмотрели. Я не хочу сидеть на [улице] Банковой, я хочу сидеть в нормальном европейском прозрачном офисе».

Нашли такой офис?

Сейчас все ищут. Нам, правда, сказали, что и [третий президент Виктор] Ющенко хотел переехать, и Порошенко.

Если вам скажут, что переезд будет стоить пять миллионов долларов из госбюджета, будете переезжать?

За деньги государства — точно нет. Мы же находчивые, но нас все останавливают. Мы говорим, что найдем инвестора, который сделает. Нам говорят, что это коррупция. Все воспринимается плохо, нас приземляют. Но, конечно, какой-то нормальный офис очень хотелось бы. Потому что я был в АП на той декабрьской встрече Владимира с Порошенко, и там очень некомфортно.

О встрече с Порошенко и дебатах

На дебатах Владимир рассказывал о встрече с Порошенко в АП в конце 2018 года. Зачем вы туда поехали и о чем говорили с президентом?

На встречу мы поехали вдвоем, а причина: нам стали в прямом смысле угрожать, что для нас закрыт дворец «Украина» — мы не можем там снимать. До съемок концерта «Квартала» тогда оставалось два-три дня. Все разводили руками, и мы сказали, что давайте тогда встречу с тем, кто может решить вопрос. И нас привели в АП.

Кто привел?

Даже не могу вспомнить. Просто сказали, что Петр Алексеевич готов с вами встретиться в такое-то время, приезжайте. Мы приехали, прошли по этим коридорам ужасным, оставили телефоны, часы.

И вместо того чтобы обсуждать выступление в «Украине», президент пытался отговорить вас от кампании?

Нет. Мы просто поговорили на разные темы: как дела, как живете, что у вас за проблема? Сказали, что вот такая проблема. Он ответил, что это не проблема, это дисконнект какой-то. Ну а дальше были вопросы: «Какие планы на жизнь? Я слышал, ты думаешь идти? Мне кажется, что тебе это не нужно. Маленькие зарплаты, времени нет, семьи не видишь, ты же популярный, тебя перестанут любить, все будут ненавидеть, ты потеряешь рейтинги, зачем тебе оно надо?» Владимир сказал: «Я думаю, но не знаю пока». Порошенко сказал: «Ты меня услышал, вот подумай». По-моему, он говорил, что то же самое Славе [Вакарчуку] сказал.

Зеленский во время дебатов пересказал кратко эту часть и очень эмоционально ответил: «Почему вы все туда лезете?» Вы тогда Порошенко так же ответили?

Нет, конечно. Во-первых, не позволяет воспитание, во-вторых, субординация.

А на сцене воспитание позволило?

Это было во время дебатов. Вы заметили, что до конца первого тура мы никого не трогали? Мы не хотели этого, мы и дебатов не хотели. Но когда Вове говорят, что он трус, он говорит: «Ну тогда давайте один на один». Внутри он — боец.

Когда вы решили, что будете отвечать жестко?

Мы столько пережили за эту кампанию: слежки, прослушки, столько грязи. Я говорил: «Вова, не читай». А он: «Да я не могу, у меня дети завтра в школу пойдут, а там обо мне такая грязь, и все — неправда». И они все думали, что нашли какой-то факт, и он взорвет общественность. Но была бы грязь действительно, они бы дожали.

Примерно за неделю до окончания кампании были слухи, что вот-вот выложат видео, где «Квартал» и Зеленский якобы выступают перед [нынешним премьер-министром РФ Дмитрием] Медведевым и Януковичем в бане.

Мы очень боялись этого. Нам даже показывали человека, который уже едет снимать видео с двойником Вовы. Говорили, что он [двойник] будет в бане перед кем-то на коленях. Если бы этот ролик выбросили в сеть, то не страшно — люди бы рассмотрели и поняли, что это не Владимир. А если бы его показали во время дебатов — на большом экране в плохом качестве, то у людей просто был бы шок. Вот этого лично я боялся.

Пересмотрев дебаты, что вы считаете главной ошибкой Зеленского? В Facebook, к примеру, много говорили, что с коленями был перебор.

Я считаю, что это гениально было. Это эмоциональная штука, тем более кто-то позади кричал: «Вставай, вставай!» Сколько раз Вове в течение кампании сказали, что он готов встать на колени перед Путиным, хотя все было не так.

Был другой важный момент. Накануне дебатов инсайдеры предупреждали, что Порошенко пойдет на нашу сцену. Когда он вышел, пожал руку, Вова начал сомневаться, стоит ли говорить те жесткие вещи, которые готовили к дебатам. Мы стояли за ним и видели, как он волнуется и переживает. Но когда его первый раз оскорбили, он сказал: «Ну теперь могу».

Как получилось, что к вам на стадион пришло так мало людей?

Нам сказали, что на поле поместятся всего двадцать тысяч человек, на нашей половине — десять. Мы выпустили десять тысяч билетов, и уже к вечеру первого дня нам сказали, что ушло двенадцать тысяч. Мы сказали, что все, закрываем регистрацию. Мы боялись давки. Но, как показывает опыт в шоу-бизнесе, когда люди получают пригласительные бесплатно, они их берут, а потом думают — идти или нет. В нашем случае половина людей не пришла.

Второй вопрос — команда Порошенко сделала все, чтобы наши люди не зашли. Они себе забрали широкий коридор, а нам, грубо говоря, оставили два ручейка на входе. Рамки пускали по 300 человек в час, и в 19:00 сказали, что вход закроют, хотя мы просили продлить это время.

В 2014 году Порошенко хотел сотрудничать с Зеленским и звал его в список БПП. Зачем?

Да, я подвозил его [Зеленского] на эту встречу. Позвали, потому что он был популярным. Ему тогда сказали, что хочешь снимать кино — мы тебе дадим и финансовую возможность, и возможность руководить этим направлением. Он им ответил: «Хотите дать возможность и считаете, что я справлюсь, — давайте. В список для этого входить не нужно».

И дали?

Нет. Если вы заметили, нам государство выделило деньги на «Я, ты, он, она», и мы, как и обещали, им все деньги вернули, хотя сами остались в нолях.

Вы хотите сказать, что ставший самым кассовым в истории украинского проката фильм не принес вам денег?

Я вам сейчас за минуту распишу, как распределяются деньги, и вы поймете, что мы вышли в ноль.

О коалиции в Раде, Тимошенко и будущих назначениях

Раньше ваша команда заявляла, что в парламенте не будет объединяться с бывшими регионалами, пророссийскими силами и Порошенко. Если не с ними, то с кем — с Тимошенко, Гриценко, если он пройдет?

Я уже говорил, что ни одна коалиция в Раде долго не держалась, потому что крючки, за которые они друг друга держат, — это портфели. Мне бы хотелось придумать какой-то ход, чтобы коалиция создавалась не на основе портфелей. И я считаю, что Юлия Владимировна — патриотично настроенный человек.

То есть, если не дать Юлии Владимировне портфель, с ней можно договариваться?

Договариваться надо на нормальных мотивах и помыслах, портфели вторичны.

Есть информация, что по парламенту ходит нардеп Валерий Писаренко, в прошлом человек из команды Портнова, и говорит, что в Раде будет некое объединение за Зеленского. Вы слышали об этом?

Я слышал о нем, но не знаком. Сейчас многие ходят и говорят, что они от Зеленского, — это бред. Если кто-то такой приходит, можно сообщать нам. Как только мы сделаем какие-то назначения, можно будет не сюда звонить, а уже этим людям.

Я правильно понимаю, что об этих людях и кандидатах на должности глав ГПУ, СБУ, МИД, Минобороны вы сейчас говорить не готовы?

Мы их рассматриваем. Что мы можем сделать сейчас? Поменять губернаторов, назначить замов, МИД, Генштаб — и все. Вот сейчас эти кандидатуры рассматриваются, проходят информационную безопасность.

Кто занимается отбором?

Наша команда. Нам приносят резюме, смотрим, что стоит за человеком. Стадии собеседований еще не было.

Вы как-то анонсировали, что расскажете о системе отбора кандидатов, которую предложил [бывший министр финансов] Александр Данилюк. Что это за система?

Она все еще не утверждена, но могу рассказать о проекте. Это своеобразная приемная комиссия. В нее можно включить пару человек из «ЗеКоманды», двух уважаемых в стране технократов и один голос от народа. Народный выбор можно делать путем голосования в соцсетях. Вот эта комиссия может рассматривать кандидатуры, когда круг сузят до пяти человек. Но окончательные решения принимает Владимир Александрович.

Кого из команды Порошенко вы считаете самым эффективным и готовы с ним работать?

Нам понравилось, что происходило с полицией. Когда мы встретились с [главой МВД] Арсеном Борисовичем [Аваковым], он нам прямо сказал: «Я вообще не за вас, но буду делать все, чтобы выборы прошли честно и открыто».

Он за Тимошенко.

Да. Он сказал жестко, зато откровенно. С тех пор он всегда говорил, что его задача — соблюсти законность.

Вы же знаете, что Аваков не из команды Порошенко? Он никогда не симпатизировал ему и в хороших отношениях с Коломойским.

Серьезно? Я не знал. Мне кажется, он о нем [Коломойском] иронично отзывается. В большой политике дружба ситуативная.

Вы видели расследование, где в офис к Коломойскому в Израиле приезжают [мэр Харькова Геннадий] Кернес, [депутат фракции «Відродження» Виталий] Хомутынник, [бывший министр энергетики в правительстве Азарова Эдуард] Ставицкий. Очевидно, что всех меньше волнует, с кем встречается Коломойский. Многие опасаются, что эти люди после Израиля появятся у вас в штабе. Они пытались с вами договариваться?

Нет.

Но вы понимаете, что таким образом они пытаются получить вашу поддержку?

Я даже понимаю, что и те люди, которых вы не назвали, тоже пытаются заручиться нашей поддержкой. Я понимаю, что все хотят. Но это же вопрос именно стержня.

О будущем «Квартала» и выступлении у Суркиса

До последнего дня Порошенко упрекали в том, что он не вышел из бизнеса и не продал Roshen. Зеленский вышел из бизнеса?

Он вышел. Может, там одна-две подписи остались. Отдал кому-то свою долю. Может мне, может Борису, я не помню. Это настолько неважно, потому что ни я, ни Борис его точно не подставим и не подведем.

Что технически означает выход? Какие доходы он будет получать?

Отдал какое-то право голоса, влияние. Он будет получать дивиденды от роялти, какие-то бренды остались на нем. У нас есть договоренность, что мы вернем его долю по истечении пяти лет.

Что в структуре доходов «Квартала» приносит больше всего денег — продажа билетов, корпоративы, производство фильмов и программ?

До 2014 года — связанный с Россией бизнес. Сегодня — это телевидение: «Плюсы», «Украина», «Новый канал».

Кто от кого больше зависит — вы от «Плюсов» или «Плюсы» от «Квартала»?

Уйдет «Квартал» — «Плюсы» останутся. Мы со своей стороны понимаем, что если не «Плюсы», то в каком-то виде нас готовы принять другие каналы. Это взаимовыгодное сотрудничество.

Какие каналы могли бы вас принять?

Богатые. Это канал «Украина», скорее всего, ICTV или «Новый». «Интер» мог бы, но мы достаточно конфликтно оттуда уходили, на моральном уровне, были недовольны.

В ноябре, когда Владимир уже знал, что идет в президенты, он с «Кварталом» выступал на дне рождения Игоря Суркиса. Там был Порошенко, хлопал, смеялся. Зачем вы это делали прямо накануне кампании?

Потому что надо было зарабатывать деньги. Потому что это нормальное отношение и его работа. И неправда, что он [Зеленский] получил сто тысяч долларов. Мы делали большую работу: сценарий, организация, приглашение других звезд, но это не значит, что Вова получил все. Эта сумма — на всех.

Есть что-то, что вы хотели рассказать, а мы не спросили? У вас свободный микрофон на один ответ.

Выбирая Зеленского, многие говорят, а вдруг он окажется порядочным. Могу сказать, что не «вдруг».

Источник: theБабель

Теги
Show More

Статьи по Теме

Close